![](/stc/img/evkova.png)
Снятие информации с технических каналов связи как оперативно-розыскное мероприятие
Содержание:
Введение
Актуальность темы исследования. Социально-экономические преобразования, произошедшие в Российской Федерации в последнее пятнадцатилетие, повлекли значительный рост преступности. В настоящее время преступность становится одним из значимых дестабилизирующих факторов, приобретает характер реальной угрозы национальной безопасности страны. Это обязывает правоохранительные органы принять адекватные меры противодействия преступности, к которым относятся оперативно-розыскные мероприятия, в том числе ограничивающие конституционные права человека. Одним из мероприятий, эффективно применяющихся для борьбы с преступностью органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, является снятие информации с технических каналов связи. Поэтому изучение теоретических и практических проблем правового регулирования снятия информации с технических каналов связи весьма актуально в современных условиях. Актуально исследование еще и тем, что имеющееся оперативно-розыскное законодательство, регламентирующее порядок снятия информации с технических каналов связи, а также уголовно-процессуальное законодательство, регулирующее использование результатов этого мероприятия в доказывании по уголовным делам, не в полной мере отвечают современным потребностям и нуждаются в совершенствовании.
Актуальность исследования вызвана также вопросами совершенствования оперативно-розыскного законодательства в части ограничения конституционных прав и свобод человека и гражданина. Правовое ограничение конституционных прав человека должно быть таким, чтобы, с одной стороны, оно не препятствовало борьбе с преступностью, а с другой стороны, не допускало незаконного или необоснованного ограничения конституционных прав человека. Проблема взаимоувязанности прав человека с возможностью в определенных законом случаях их ограничения делает настоящее исследование весьма актуальным.
4
Целью работы является теоретико-прикладное изучение и комплексный анализ проблем, связанных с правовым регулированием проведения снятия информации с технических каналов связи и выработка на этой основе предложений по обеспечению эффективного правового регулирования проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия.
В соответствии с целью для разрешения в диссертационном исследовании ставятся следующие задачи:
- изучить и обобщить имеющиеся научные материалы, определить степень и уровень теоретической разработанности данной темы;
- сформулировать понятие оперативно-розыскного мероприятия «снятие информации с технических каналов связи»;
- исследовать специфику правового регулирования проведения оперативно-розыскного мероприятия «снятие информации с технических каналов связи»;
- сформулировать предложения по внесению изменений и дополнений в оперативно-розыскное и уголовно-процессуальное законодательство;
- исследовать особенности прокурорского надзора за законностью проведения снятия информации с технических каналов связи.
Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в связи проведением снятия информации с технических каналов связи при осуществлении оперативно-розыскной деятельности.
Предметом исследования являются законодательство Российской Федерации, регламентирующее порядок проведения оперативно-розыскного мероприятия «снятие информации с технических каналов связи», а также правоприменительная практика проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия.
Работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы.
Глава 1. Правовое регулирование снятия информации с технических каналов связи
1.1.Объективная обусловленность необходимости снятия информации с технических каналов связи в целях борьбы с преступностью
К техническим каналам связи, в понимании, предложенном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее - Законом об ОРД), относятся телексные, факсимильные, селекторные, радиорелейные каналы передачи данных, компьютерные сети, телекоммуникационные информационные системы, различные переговорные устройства и т. п.
На основе изученных материалов делается вывод о том, что с момента появления таких средств связи они стали использоваться не только законопослушными гражданами, но и преступниками. Кроме того, появление указанных видов связи развило новые способы совершения преступлений, например таких, как угроза убийством или заведомо ложное сообщение об акте терроризма, посланные по каналам связи. Это обусловило необходимость появления оперативно-розыскного мероприятия под наименованием «снятие информации с технических каналов связи».
С момента начала использования правоохранительными органами снятия информации с технических каналов связи эта деятельность носила строго закрытый характер, составляла государственную тайну и регламентировалась только внутриведомственными нормативными актами. При этом даже внутри правоохранительных органов использование оперативно-технических средств, связанных со снятием информации с технических каналов связи, было строго законспирировано, существовали жесткие режимные правила проведения этих мероприятий.
В связи с изложенным, вопреки имеющимся потребностям правоохранительной деятельности, результаты снятия информации с технических каналов связи нельзя было использовать в доказывании, что имело негативный характер для расследования уголовных дел. Это обстоятельство обусловило поиск научными и практическими работниками путей введения в уголовный процесс результатов перехваченных сообщений по каналам связи и правовой регламентации данного мероприятия в Законе об ОРД. Изложенное объективно свидетельствует о необходимости правового регулирования снятия информации с технических каналов связи в целях борьбы с преступностью.
1.2.Понятие правовой характеристики снятия информации с технических каналов связи
Снятие информации с технических каналов связи - это оперативно-розыскное мероприятие, которое заключается в негласном сборе информации техническими средствами с каналов связи.
Всесторонне изучив различные мнения ученых, диссертантом поддерживается мнение С.И. Захарцева о том, что к оперативно-розыскному мероприятию «снятие информации с технических каналов связи» относится, в том числе, перехват закрытой и зашифрованной информации.
Рассматривая основания для проведения снятия информации с технических каналов связи, автором обосновывается утверждение о том, что помимо юридических оснований, предусмотренных Законом об ОРД, необходимы также основания фактические -совокупность сведений о событиях или действиях, при которых дозволено осуществлять названное оперативно-розыскное мероприятие. При этом данная совокупность сведений носит оценочный характер и вырабатывается практической деятельностью.
В ходе изучения уголовных дел, возбужденных на основании результатов оперативно-розыскных мероприятий, соискателем делается вывод о том, что оперативно-розыскные мероприятия вообще и снятие информации с технических каналов связи, в частности, могут осуществляться задолго до того момента, как деяния того или иного лица будут являться с уголовно-правовой точки зрения приготовлением к совершению преступления.
Вполне обосноан запрет на проведение снятия информации с технических каналов связи с целью сбора данных, необходимых для принятия решения:
- о допуске к сведениям, составляющим государственную тайну;
- о допуске к работам, связанным с эксплуатацией объектов, представляющих повышенную опасность для жизни и здоровья людей, а также окружающей среды;
- о допуске к участию в оперативно-розыскной деятельности или о доступе к материалам, полученным в результате его осуществления;
- об установлении или о поддержании с лицом отношений сотрудничества при подготовке и проведении оперативно - розыскных мероприятий;
- о выдаче разрешений на частную детективную и охранную деятельность.
1.3.Условия проведения снятия информации с технических каналов связи
Справедливо требование Закона об ОРД о том, что гражданство, национальность, пол, место, жительства, имущественное, должностное и социальное положение, принадлежность к общественным объединениям, отношение к религии и политические убеждения отдельных лиц не являются препятствием для проведения в отношении них на территории Российской Федерации снятия информации с технических каналов связи, если иное не предусмотрено федеральным законом. Указанное положение соотносится с требованием Конституции, Российской Федерации о равенстве всех перед законом и судом.
Можно сделать вывод о том, что условия проведения исследуемого оперативно-розыскного мероприятия следует классифицировать следующим образом:
1) условия проведения снятия информации с технических каналов связи в обычном порядке, когда началу мероприятия предшествует судебное разрешение на его проведение;
2) условия проведения снятия информации с технических каналов связи в особом порядке, когда мероприятие начинается без судебного разрешения с последующим его получением, либо проводится вообще без судебного разрешения.
При этом к особому порядку проведения снятия информации с технических каналов связи относятся:
- случаи, которые не терпят отлагательства и могут привести к совершению тяжкого преступления, а также при наличии данных о событиях и действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации;
- случаи обеспечения безопасности органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность при наличии согласия гражданина в письменной форме.
Рассматривая возможность ограничения конституционных прав человека при проведении исследуемого мероприятия по основанию: «ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела», соискателем предлагается при осуществлении практической деятельности перед началом проведения снятия информации с технических каналов связи перепроверять такие сведения и их источники.
В работе обосновывается утверждение о том, что основным гарантом ограничения конституционных прав человека и гражданина является суд. Только суд вправе разрешить проведение снятия информации с технических каналов связи. Далее отмечается, что постановление органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, о проведении снятия информации с технических каналов связи должно рассматриваться уполномоченным на то судьей единолично и незамедлительно. Незамедлительность рассмотрения такого постановления предполагает, что должностное лицо органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, должно быть немедленно принято судьей, который обязан принять документ и рассмотреть его. Судья не вправе отказать в рассмотрении постановления в случае его предоставления. В работе указывается, что по требованию судьи ему могут представляться и другие материалы, касающиеся оснований для проведения снятия информации с технических каналов связи.
На основе изученных материалов автором делается вывод о недопустимости представления судье данных о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных негласных сотрудниках органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, и о лицах, оказывающих им содействие на конфиденциальной основе.
Автором курсовой предлагается при проведении снятия информации с технических каналов связи в случаях, которые не терпят отлагательства, изменить порядок получения судебного решения - обязать суд немедленно по вынесении постановления о разрешении либо запрете проведения названного оперативно-розыскного мероприятия лично уведомлять о своем решении органы, участвующие в проведении перехвата и контроля информации.
На основании исследования автором предлагается расширить особые условия проведения снятия информации с технических каналов связи, для чего в статью 8 Закона об ОРД внести изменения следующего содержания: «В случае возникновения угрозы жизни, здоровью, собственности отдельных лиц по их заявлению или с письменного согласия разрешается снятие информации с принадлежащих им средств связи, на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, с обязательным уведомлением соответствующего судьи в течение 48 часов». Далее обосновывается вывод об отсутствии необходимости получения судебного разрешения на проведение снятия информации с технических каналов связи в указанных случаях. Однако уведомление суда о начале проведения названного оперативно-розыскного мероприятия в случаях угрозы жизни, здоровью и собственности отдельных лиц является дополнительной гарантией законности осуществления оперативно-розыскной деятельности, связанной с ограничением конституционных прав человека и гражданина.
Автором разделяется мнение ученых, считающих, что такое уведомление позволяет суду в необходимых случаях проверить обоснованность указанного снятия информации, а также законность получения согласия лиц на его проведение.
Далее делается вывод о том, что предложенные законодателем основания и условия снятия информации с технических каналов связи создают в целом сбалансированный порядок проведения указанного оперативно-розыскного мероприятия. Основания и условия снятия информации с технических каналов связи не препятствуют органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, эффективно бороться с преступностью, однако, и не позволяют им, путем судебного контроля, использовать свои возможности не по назначению и нарушать конституционные права граждан.
Глава 2. Представление и использование результатов снятия информации с технических каналов связи в уголовном процессе
2.1.Правовое регулирование представления результатов снятия информации с технических каналов связи следователю, прокурору, суду или органу дознания
При этом диссертант определяет результаты снятия информации с технических каналов связи как фактические данные, полученные оперативными подразделениями путем контроля указанных каналов в установленном Законом об ОРД порядке, о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, по которому предварительное следствие обязательно, о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступление, по которому предварительное следствие обязательно, а также о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации.
Результаты снятия информации с технических каналов связи информации могут представляться по инициативе органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, либо при выполнении отдельных поручений органа дознания, следователя, указания прокурора или определения суда по уголовным делам, находящимся в их производстве.
Автором обосновывается положение о том, что представление оперативными подразделениями результатов снятия информации с технических каналов связи органу дознания, следователю, прокурору или в суд осуществляется на основании постановления соответствующего руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. При этом делается вывод о недопустимости представления названного постановления органу дознания, следователю, прокурору или в суд для приобщения его к уголовному делу.
Далее в работе обосновывается невозможность представления результатов снятия информации с технических каналов связи органу дознания, следователю, прокурору или в суд в следующих случаях:
- если нельзя обеспечить безопасность субъектов (участников) оперативно-розыскной деятельности в связи с представлением и использованием данных результатов в уголовном процессе;
- если использование результатов в уголовном процессе создает реальную возможность расшифровки (разглашения) сведений, отнесенных законом к государственной тайне, об используемых или использованных при проведении негласных оперативно-розыскных мероприятии силах, средствах, источниках, методах, планах и результатах оперативно-розыскной деятельности, об организации и тактике проведения оперативно-розыскных мероприятий, о лицах, оказывающих на конфиденциальной основе содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных негласных сотрудниках (кроме случаев, когда указанные сведения предаются гласности в порядке, установленном Законом об ОРД).
Решение о непредставлении результатов снятия информации с технических каналов связи оформляется постановлением руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, и приобщается к материалам дела оперативного учета или соответствующего номенклатурного дела. В параграфе отмечается, что в случае непредставления результатов указанного мероприятия орган, его проводивший, обязан уведомить об этом инициатора запроса.
В исследовании также проводится анализ имеющейся в Российской Федерации нормативной базы по представлению результатов' снятия информации с технических каналов связи органу дознания, следователю, прокурору или в суд, значительное место в которой занимает «Инструкция о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд», утвержденная совместным приказом ФСНП России, ФСБ России, МВД России, ФСО России, ФПС России, ГТК России, СВР России от 13 мая 1998 г. № 175/226/336/201/286/410/56, согласованная с Генеральной прокуратурой Российской Федерации и в установленном порядке зарегистрированная Министерством юстиции Российской Федерации.
В завершении параграфа обосновывается вывод о том, что принятие указанной Инструкции является большим шагом вперед в направлении допустимой открытости оперативно-розыскной деятельности, дает серьезную основу для более активного и эффективного использования результатов снятия информации с технических каналов связи в доказывании по уголовным делам.
Вместе с тем, с учетом изменений в законодательстве Российской Федерации в части реформирования органов федеральной пограничной службы, федеральных органов налоговой полиции и федеральных органов агентства правительственной связи и информации, предлагается внести в данную инструкцию необходимые изменения.
2.2.Правовое регулирование использования результатов снятия информации с технических каналов связи в уголовном процессе
Автором формулируется вывод о том, что результаты снятия информации с технических каналов связи представляются в уголовный процесс не для приобщения к материалам дела в качестве доказательств, а для использования в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств, а также для:
- подготовки и осуществления следственных и судебных действий;
- проведения по уголовному делу по поручению следователя, лица, производящего дознание, и прокурора других оперативно-розыскных мероприятий по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, выявлению и установлению лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших;
- как повод для возбуждения уголовного дела;
- в иных случаях.
На основе изучения мнения ученых диссертантом обосновывается, что процесс использования результатов снятия информации с технических каналов связи в доказывании состоит из этапов:
- документальное представление результатов снятия информации с технических каналов связи;
- проверка указанных результатов путем производства следственных и процессуальных действий;
- оценка и вынесение постановления о приобщении представленных материалов в качестве доказательств.
В параграфе делается вывод о важном значении информации, получаемой в ходе проведения снятия информации с технических каналов связи. Информация, полученная в результате проведения названного мероприятия, может помочь следователю или дознавателю оптимально определить место, время, участников производства следственного действия, правильно выбрать тактические приемы его производства, внести необходимые коррективы в план расследования дела.
Диссертантом рассматривается мнение ученых о внесении изменений в УПК РФ в части включения нового самостоятельного повода к возбуждению уголовного дела - «постановления органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, о представлении органу дознания, следователю, прокурору данных, указывающих на признаки преступления». В работе делается вывод о том, что внесение таких изменений в УПК не целесообразно, поскольку предлагающееся является таким поводом для возбуждения уголовного дела, как сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученном из иных источников, оформляемое рапортом об обнаружении признаков преступления.
В работе обосновывается положение о том, что результаты снятия информации с технических каналов связи могут использоваться в доказывании по уголовным делам только если они получены в строгом соответствии с требованиями Закона об ОРД. Если при уголовно-процессуальной проверке результатов снятия информации с технических каналов связи выяснится, что их получение привело к незаконному ограничению конституционных прав человека и гражданина, то содержащиеся в них сведения, даже при достоверности полученной информации, не могут быть использованы в доказывании.
Глава 3. проблемы Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в процессе доказывания в уголовном процессе
3.1. Правовая основа представления результатов оперативно-розыскной деятельности
В соответствии с пунктом 36.1 ст. 5 УПК РФ результаты оперативно-розыскной деятельности — это сведения, полученные в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступление и скрывшихся от органов дознания, следствия или суда.
Оперативно-розыскная деятельность и уголовное судопроизводство представляют собой единство процессуального и непроцессуального. Это единство заключается не только в проведении следственных действий или оперативно-розыскных мероприятий, т.е. включает не только процедурные вопросы, но и предполагает наряду с добыванием информации ее использование, принятие решений как процессуального, так и оперативно-розыскного характера. Например, результаты проверочной закупки могут служить основанием для принятия процессуальных решений (возбуждение уголовного дела) и (или) проведения следственных действий (обыск, выемка, осмотр места происшествия). Здесь результат ОРД, по существу, отождествляется с результатом проведения отдельного ОРМ, а непроцессуальное получение информации служит основой для ее последующего использования в рамках уголовного судопроизводства[1].
В ст. 2 Закона об оперативно-розыскной деятельности среди задач оперативно-розыскной деятельности (далее - ОРД) указаны выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, а также розыск лиц, без вести пропавших.
В соответствии со ст. 11 Закона об оперативно-розыскной деятельности результаты ОРД могут быть использованы также для розыска лиц, без вести пропавших. Из буквального толкования данной нормы вытекает, что результаты ОРД могут быть и не использованы, т.е. представление результатов ОРД в орган расследования не во всех случаях является обязательным. В пользу этого можно привести еще один аргумент. Так, в п. 12 Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд[2] (далее - Инструкция) указано, что в случае представления в орган расследования (таким образом, допускаются и случаи непредставления) результатов ОРД, полученных при проведении оперативно-розыскных мероприятий (далее - ОРМ), которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, к ним прилагаются копии судебных решений о проведении ОРМ.
Согласно ч. 3 ст. 8 Закона об оперативно-розыскной деятельности в случаях, которые не терпят отлагательства, допускается проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционные права без судебного решения с обязательным уведомлением суда (судьи) в течение 24 часов. И предусматривается необходимость получения в течение 48 часов судебного решения либо прекращения их проведения. В течение 48 часов до получения решения суда оперативно-розыскное мероприятие может быть уже выполнено без получения судебного разрешения, к примеру, мероприятия, затрагивающие право на неприкосновенность жилища, - освобождение в жилом помещении похищенного лица, замаскированного под безвестное исчезновение. При таких обстоятельствах при направлении результатов ОРД в орган расследования судебное решение просто не может быть представлено, как это предусматривает п. 12 Инструкции. И такая ситуация не соответствует требованиям ст.ст. 23, 25 Конституции РФ, согласно которым ограничение конституционных прав допускается только на основании судебного решения.
Уведомление судьи о неотложном проведении ОРМ, ограничивающих конституционные права граждан, как представляется, - это не судебный контроль, так как суд по своей инициативе законность не проверяет. Кроме того, из редакции ч. 3 ст. 8 Закона об оперативно-розыскной деятельности не ясно, должны ли быть представлены материалы на судебную проверку и осуществляется ли при этом судебный контроль в случае прекращения проведения ОРМ в течение 48 часов с момента начала их проведения[3].
Такая противоречивость, не способствует формированию доказательств, удовлетворяющих требованиям УПК РФ. Представляется, что в целях обеспечения защиты прав граждан, обеспечения формирования доказательств, соответствующих требованиям законодательства, во всех случаях проведения ОРМ, ограничивающих конституционные права граждан без судебного решения в силу безотлагательности, до передачи результатов ОРД в орган расследования они должны пройти судебную проверку, как это предусмотрено в УПК РФ, т.е. пройти последующую судебную проверку. Для этого необходимо внести соответствующие изменения в Закон об ОРД.
Отметим, что недостаточно аргументированным представляется содержание понятия «результаты оперативно-розыскной деятельности», предусмотренного в п. 36.1 ст. 5 УПК РФ, под которым понимаются сведения, полученные в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступление и скрывшихся от органов дознания, следствия или суда. Указанная норма- дефиниция закреплена и в Инструкции. Из данного определения видно, что сведения, полученные по розыску лиц, пропавших без вести, не включены в понятие «результаты оперативно-розыскной деятельности», хотя это является задачей ОРД, в том числе и включая розыск лиц в случаях некриминального исчезновения.
Представляется, что в первую очередь понятие «результаты оперативно-розыскной деятельности» как соответствующее принципам законодательной техники, нормативности и информативности должно быть раскрыто в отраслевом законодательстве, т.е. в Законе об ОРД. Под «результатами оперативно-розыскной деятельности» понимаются сведения, полученные в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» в связи с решением (выполнением) задач ОРД и иных социально значимых вопросов, предусмотренных рассматриваемым Законом и не обозначенных в качестве задач ОРД.
Согласно п. 7 Инструкции результаты ОРД представляются в виде рапорта об обнаружении признаков преступления и согласно п. 18 названной Инструкции результаты ОРД должны содержать достаточные данные, указывающие на признаки преступления, и о любых других фактах и обстоятельствах, имеющих значение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.
Особенностью является наличие одновременно повода и основания для возбуждения уголовного дела. Исходя из указанных положений Инструкции видно, что при фактическом установлении оснований для возбуждения уголовного дела (ч. 2 ст. 140 УПК РФ) регистрируется сообщение о преступлении в форме рапорта об обнаружении признаков преступления, т.е. деятельность органов, осуществляющих ОРД, является внепроцессуальной формой проверки незарегистрированного сообщения о преступлении, что не предусмотрено УПК РФ. В связи с этим правомерным является вопрос о том, может ли орган расследования давать поручение о проведении ОРМ по рапорту-сообщению о преступлении, зарегистрированном по представленным результатам ОРД. Уголовно-процессуальным кодексом РФ исключения такого порядка не предусмотрены. Но наличие таких поручений может свидетельствовать о недостаточности полученных данных для возбуждения уголовного дела и преждевременном учете сообщения. Может иметь место и расхождение в субъективной оценке на предмет достаточности представленных результатов ОРД для возбуждения уголовного дела между субъектами ОРД и органом расследования. О расхождении позиции свидетельствует и правоприменительная практика (не всегда по таким материалам возбуждаются уголовные дела).
Проблемными являются и вопросы определения сроков проведения ОРМ, выполняемых по поручениям органа расследования в ходе доследственной проверки. В УПК РФ и в Законе об ОРД не предусмотрены сроки их проведения, но из содержания норм ст. 144 УПК РФ сроки проведения ОРМ должны быть ориентированы на сроки разрешения сообщения о преступлении (безвестном исчезновении). Неполучение результатов ОРМ не является основанием для продления сроков проверки сообщения о преступлении. Поэтому процессуальные решения, принимаемые без получения результатов ОРД, не отвечают требованиям полноты проверки и являются преждевременными и необоснованными. Здесь имеет место проблема соотношения сроков процессуальной проверки сообщения о преступлении со сроками проведения ОРМ, выполняемых по поручениям органа расследования, по проверке соответствующего сообщения о преступлении.
Требует научного осмысления и статус задерживаемого лица при пресечении преступления в ходе проведения ОРМ. К примеру, в ходе проведения ОРМ выявлены признаки преступления, предусмотренного ст. 127 УК РФ (незаконное лишение свободы), под которое было замаскировано безвестное исчезновение, и лицо, причастное к преступлению. Действия субъектов ОРД по пресечению преступления и доставление лица в ОМВД являются обоснованными и направлены на выполнение задач ОРД. При этом лицо до доставления в ОМВД в связи с пресечением преступления и до передачи результатов ОРД в орган расследования, а также до учета сообщения о преступлении является фактически задержанным. Фактическое задержание лица необходимо для проведения изъятий предметов и веществ, находящихся при нем, а также для завершения обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, выполняемого в целях обнаружения предметов и вещей, могущих иметь доказательственное значение, т.е. определенный промежуток времени необходим для «дооформления» результатов, проведенных ОРМ и представления их в орган расследования. Если в указанный период «задержанное, проверяемое» лицо оставит место преступления, то проблемным или невозможным станут сбор и закрепление сведений, и результаты проведенных ОРМ будут малоэффективными. В то же время неопределенным является правовое положение задержанного при проведении ОРМ лица, до передачи результатов в орган расследования. Возможное и допустимое ограничение прав такого лица и соответствующая процедура должны быть предусмотрены законом.
В п. 11 ст. 5 УПК РФ раскрывается задержание подозреваемого как мера процессуального принуждения, применяемая органом расследования, а в соответствии с п. 15 этой же статьи момент фактического задержания определен как фактическое лишение свободы, производимое в порядке, установленном УПК РФ. А задержание лица как результат проведенного ОРМ находится вне рамок УПК РФ, так как орган расследования не является субъектом ОРД и до представления результатов ОРД в качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела не может участвовать в указанных мероприятиях, т.е. орган, осуществляющий ОРД, не может одновременно совмещать функции (полномочия) органа расследования.
В связи с изложенным можно сделать вывод, что фактическое задержание в ходе проведения ОРМ, пресечения преступления до регистрации сообщения о преступлении является «оперативно-розыскным задержанием», что прямо не регламентировано законом. В любом случае после передачи материалов в орган расследования следователь не сможет составить протокол, указав время фактического задержания, т.е. за период времени, который имеет место до регистрации сообщения. А временной промежуток с момента фактического задержания лица до регистрации сообщения может составить от нескольких часов до суток. Верно замечено в юридической литературе о том, что распространенными на практике являются ситуации отсрочки представления результатов ОРД в уголовный процесс, обусловленной их проверкой. Поэтому представляется обоснованным наделение органов, осуществляющих ОРД, правом «оперативного задержания» как элемента ОРМ с составлением протокола в соответствии с требованиями УПК РФ.
Статья 91 УПК РФ предусматривает в качестве процессуального основания для задержания случаи, когда лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения. В связи с этим правомерным является вопрос, кем оно застигнуто на месте преступления и в какой срок (промежуток времени) считается застигнутым непосредственно после совершения преступления. При совершении преступления лицо может быть выявлено (застигнуто на месте преступления) субъектом ОРД, не уполномоченным на процессуальное задержание. Поэтому неопределенным является статус задержанного лица до «приезда» следователя и учета соответствующего повода в качестве сообщения о преступлении.
Представляется обоснованной точка зрения, высказанная в юридической литературе, о том, что вопрос о возможности задержания подозреваемого (и до получения процессуального статуса подозреваемого) на основе любых непроцессуальных, в том числе оперативно-розыскных, данных является одним из наиболее дискуссионных вопросов, который задается на протяжении всей истории российского уголовного процесса.
Не вносит ясность и правовая позиция Конституционного Суда РФ, согласно которой порядок задержания подозреваемого урегулирован ст. 92 УПК РФ, которая прямо обязывает указывать в протоколе время задержания в соответствии с предписанием п. 15 ст. 5 этого Кодекса, что исключает бесконтрольное, вне установленных сроков, содержание задержанного правоприменительным органом[4].
Во-первых, в правовой позиции Конституционного Суда РФ речь идет о задержании подозреваемого, т.е. лица, в отношении которого возбуждено уголовное дело, поэтому отрытым остается статус фактически задержанного лица при проведении ОРМ до возбуждения дела.
Во-вторых, ссылка на ст. 92 УПК РФ, согласно которой после доставления подозреваемого в орган расследования в срок не более трех часов должен быть составлен протокол задержания с указанием в нем времени задержания, также не вносит ясность, так как в период времени до доставления статус «доставляемого» остается неопределенным, так как следователь не может в протоколе указать период времени сбора и оформления результатов ОРМ, в котором фактически в качестве задержанного был «задействован» доставленный, т.е. период времени до учета сообщения о преступлении.
На основании изложенного, можно сделать несколько выводов. Фактическое задержание лица в ходе проведении ОРМ (в целях выявления преступления) и до передачи их результатов в орган расследования, т.е. до учета сообщения о преступлении, является, оперативно-розыскным задержанием, что не предусмотрено законом. После учета сообщения о преступлении до возбуждения уголовного дела задержание лица (или «сохранение, поддержание» статуса задержанного в ходе проведения ОРМ) является действием, допустимым в стадии доследственной проверки и не противоречащим требованиям ст.ст. 91 и 92 УПК РФ.
Нельзя не отметить, что законодателем не в полной мере учтены научные исследования и рекомендации ученых по вопросам определения статуса фактически задержанного лица в связи с проведенными ОРМ до представления результатов ОРМ в орган расследования. Противоречия и несовершенство правового регулирования могут привести к существенным нарушениям прав граждан (ведь не ясен также вопрос о допуске защитника к фактически задержанному лицу, статус которого является неопределенным, даже не ясным и для субъектов ОРД, в ходе проведения ОРМ до передачи результатов ОРД органу расследования) и «утере».
3.2.Тактические основы оперативно-розыскной деятельности как источника информации о преступлении
Под тактическими основами оперативно-розыскной деятельности как источника информации о преступлении принято понимать «негласность действий оперативных уполномоченных».
Под негласностью принято понимать то, что неизвестно другим, неявно, тайно[5], секретно, сохранено в тайне[6]. В контексте предмета данной статьи этот термин наполняется вполне определенным смыслом и означает способ сокрытия информации от заинтересованных лиц, противодействующих расследованию преступлений[7]. Несмотря на наличие в уголовно-процессуальном законодательстве норм, ограничивающих «открытость» расследования, современное состояние уголовно-процессуальной науки таково, что требуется аргументировать как наличие элементов негласности в деятельности следователя, так и ее пределы.
Ряд авторов ратуют за полную открытость, гласность досудебного производства, предлагают вовлекать общественность в расследование преступлений и контроль за следствием. Так, А.С. Ургалкин заявляет, что «положительно решив вопрос о «засекречивании» данных предварительного следствия, прокуроры, следователи и дознаватели остаются практически бесконтрольны в проведении расследования и, таким образом, могут скрывать различного рода нарушения в своей деятельности от общественности. Данная проблема достаточно опасна, т.к. следователь должен установить истину по расследуемому им делу, а каждое нарушение отдаляет его от этой цели все дальше и дальше»[8]. И далее: «органы следствия должны беспрепятственно информировать население о производстве по конкретному уголовному делу, предоставлять полную и достоверную информацию.
Законодательное введение данной обязанности должно привести к снижению злоупотреблений и нарушений, в том числе нарушений прав подозреваемого и обвиняемого, при производстве предварительного следствия, которые нельзя усмотреть при негласном его производстве».
По мнению А.С. Ургалкина, открытость и прозрачность предварительного следствия обусловят функционирование принципа состязательности и равноправия сторон на данной стадии уголовного процесса; избавят следователя от различного рода влияния со стороны заинтересованных лиц на принятие им решений в ходе осуществления следствия, и он действительно приобретет статус процессуально независимой фигуры; гласность поможет в равной мере охранять права как потерпевшего, так и обвиняемого, существенно уменьшить масштабы коррупции в органах предварительного следствия[9].
С автором можно было бы согласиться, если бы он дал ответы на вопросы: как проводить расследование и изобличать виновных в совершении преступлений в условиях гласности и при нарастающем противодействии криминальной среды? Как обеспечить безопасность участников уголовного судопроизводства при полной открытости расследования?
Поддерживаем мнение ученых, отмечающих, что в современных условиях без негласного производства по уголовному делу эффективное расследование преступлений просто невозможно[10]. При этом в негласное производство мы включаем не только процессуальные действия следователя, но и оперативно-розыскную деятельность, осуществляемую по его поручению. Опираясь на эту посылку, предлагаем негласное производство по уголовному делу условно разделить на две части: негласное производство оперативно-розыскных мероприятий и деятельность следователя по производству негласных действий.
К первой группе относятся негласные оперативно-розыскные мероприятия, осуществляемые в связи с наличием возбужденного уголовного дела и/или по поручению следователя (ч. 1 и 3 ст. 7 Федерального закона от 12.08.1995 № 144- ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»), при этом указанные оперативно-розыскные мероприятия можно разделить на относительно и абсолютно негласные.
К относительно негласным отнесены оперативно-розыскные мероприятия, форма производства которых может варьироваться в зависимости от особенностей оперативной ситуации по уголовному делу от гласной (официального представления оперативника или зашифрованных действий) до негласной (конфиденциальной или конспиративной) и которые, как правило, не требуют прохождения согласительной процедуры у судьи.
Такими действиями являются: 1) опрос; 2) наведение справок[11]; 3) сбор образцов для сравнительного исследования; 4) исследование предметов и документов; 5) наблюдение; 6) отождествление личности; 7) обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств; 8) проверочная закупка; 9) оперативный эксперимент.
К абсолютно негласным отнесены оперативно-розыскные мероприятия, существенно ограничивающие конституционные права и свободы человека, форма производства которых исключительно негласная. Как правило, рассматриваемая деятельность осуществляется после согласования с руководителем оперативно-розыскного органа и судьей. Ими являются: 1) контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; 2) прослушивание телефонных переговоров; 3) снятие информации с технических каналов связи; 4) оперативное внедрение; 5) контролируемая поставка.
Характеризуя негласность действий по уголовному делу первой группы, отметим, что лица, в отношении которых они применяются, другие участники предварительного расследования и даже следователь не уведомляются об их подготовке и производстве, о применяемых при этом оперативных методах и средствах (в отличие от следственных действий). Лицу, в отношении которого применяются негласные действия, не разъясняются его права, обязанности и ответственность, отсутствует признак добровольности участия в мероприятии, лицо не может заявить ходатайства или отводы, обжаловать законность мероприятия.
О результатах, проведенных по поручению следователя мероприятий последний уведомляется рапортом или сообщением. К рапорту прилагаются (при наличии) полученные (выполненные) при проведении мероприятий материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи, и иные носители информации, а также материальные объекты, которые в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством могут быть признаны вещественными доказательствами (ст. 89 УПК РФ и п. 16 Инструкции о порядке представления результатов оперативно- розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд[12]).
Что касается негласных действий следователя, то здесь речь идет о процессуальных решениях и действиях, связанных с секретностью и конфиденциальностью, недопустимостью разглашения информации о них. Данная группа разделена на абсолютно негласные, относительно негласные и конфиденциальные следственные действия, и решения.
К абсолютно негласным отнесены следственные действия, носящие, ярко выраженный разведывательно-поисковый характер и требующие согласие руководителя следственного органа и разрешение судьи. Это: 1) наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, их осмотр и выемка; 2) получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами; 3) контроль и запись переговоров.
Характерной, обособляющей от других следственных действий, чертой абсолютно негласных следственных действий и решений является закрытость информации не только об их подготовке, но и о производстве. В целях внезапности, а значит, и результативности названных мероприятий лица, в отношении которых предполагается их осуществление, не уведомляются о дате, времени и месте их производства; им не разъясняются права, обязанности и ответственность; не рассматриваются отводы и ходатайства.
Согласительная процедура на их осуществление проводится в закрытом судебном заседании без участия лиц, на права и свободы которых может повлиять принимаемое решение. О самом факте и результатах производства абсолютно негласных следственных действий лица, чьи права и свободы были таким образом ограничены, уведомляются по окончании предварительного расследования. При этом сведения о средствах и методах производства указанных мероприятий, а также об их исполнителях не подлежат разглашению даже после вступления, в законную силу вынесенного по уголовному делу приговора суда.
К относительно негласным следственным действиям и решениям можно отнести: обыск; выемку; наложение ареста на имущество; сохранение втайне факта задержания подозреваемого.
По сути, перечисленные следственные действия осуществляются открыто, с разъяснением прав и обязанностей их участникам, с возможностью воспользоваться услугами адвоката, приглашением переводчика, психолога или законного представителя, составлением соответствующего протокола, возможностью заявлять ходатайства, отводы, делать заявления, участники предупреждаются о применении технических средств, представляются другие участвующие лица. Однако эффективность производства действий во многом предопределена их оперативностью и внезапностью. В этой связи информация о подготовке, тактике производства действий, согласовании с руководителем следственного органа и судьей для других участников предварительного расследования (в том числе и должностных лиц правоохранительных органов) остается закрытой и не подлежит оглашению.
К конфиденциальным негласным действиям полагаем возможным отнести досудебное соглашение о сотрудничестве и меры по обеспечению безопасности участников уголовного судопроизводства. Правовая природа этих действий имеет существенное отличие от уже названных негласных следственных действий. В понятии конфиденциальности, как и в понятии негласности, присутствует общий, «роднящий» элемент, а именно тайность (секретность). Между тем знак равенства между рассматриваемыми понятиями ставить вряд ли оправданно, т.к. кроме сохранности секретной информации конфиденциальность предполагает еще и доверительность между участниками отношений[13]. Действительно, ведь лицо доверяет следователю не только имеющую значение для уголовного дела значимую информацию о совершенном преступлении, но и жизнь, здоровье свое и близких.
В отличие от ранее перечисленных негласных следственных действий, факт применения досудебного соглашения и мер обеспечения безопасности для участников этой деятельности является открытым. Более того, производство названных действий возможно только при наличии их согласия (заявления или ходатайства). Отсутствие согласия лица, независимо от его процессуального статуса, является непреодолимым препятствием к осуществлению конфиденциальных действий. Причем данное согласие облекается в письменную форму и приобщается к материалам уголовного дела.
В случае возникновения угрозы безопасности свидетеля, потерпевшего или подозреваемого, обвиняемого, его близких материалы конфиденциальной деятельности следователь помещает в конверт, который опечатывает и хранит в недоступном для других лиц месте (ч. 9 ст. 166 и ч. 3 ст. 317.4 УПК РФ).
Данными материалами являются:
- ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве;
- постановление следователя о возбуждении перед прокурором ходатайства о заключении с подозреваемым (обвиняемым) досудебного соглашения о сотрудничестве;
- постановление прокурора об удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве;
- досудебное соглашение о сотрудничестве;
- постановление следователя о сохранении в тайне данных о личности участника следственного действия.
От других участников уголовного судопроизводства факт производства конфиденциальных следственных действий скрывается. Защищая доверившееся лицо, следователь обязан не только сохранить в тайне сведения о нем и членах его семьи, но и осуществить расследование в режиме, препятствующем идентификации личности данного лица другими участниками уголовного судопроизводства (в том числе должностными лицами правоохранительных органов). В целях обеспечения конфиденциальности сотрудничества сторон досудебного соглашения или обеспечения безопасности следователь вправе выделить в отдельное производство материалы уголовного дела, идентифицирующие личность. При этом длительность применения конфиденциальных мер зависит от реальности угрозы жизни и здоровью защищаемого лица, а значит, может осуществляться пожизненно. Разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении участников уголовного судопроизводства, а равно в отношении их близких, влечет за собой привлечение к уголовной ответственности по ст. 311 УК РФ.
Как справедливо отмечено Н.В. Павличенко, следователь должен учитывать, что лицо, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, зачастую осуществляет конфиденциальное сотрудничество с оперативно-розыскными органами, а соответственно, информация о рассматриваемой категории лиц составляет государственную тайну .
Принимает в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц следующие процессуальные меры безопасности:
- легендирование сведений о потерпевшем и свидетеле в материалах уголовного дела (ч. 9 ст. 166 УПК РФ);
- контроль и запись телефонных и иных переговоров (ч. 2 ст. 186 УПК РФ);
- предъявление лица для опознания в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым (ч. 8 ст. 193 УПК РФ);
- закрытое судебное разбирательство (п. 4 ч. 2 ст. 241 УПК РФ)[14];
- допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства (ч. 5 ст. 278 УПК РФ), и др.
Кроме того, в соответствии со ст. 6 Федерального закона от 20.08.2004 г. № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства»[15] к указанным участникам по поручению следователя может быть применена одна или одновременно несколько мер государственной защиты:
- личная охрана, охрана жилища и имущества;
- выдача специальных средств индивидуальной защиты, связи и оповещения об опасности;
- обеспечение конфиденциальности сведений о защищаемом лице;
- переселение на другое место жительства;
- замена документов;
- изменение внешности;
- изменение места работы (службы) или учебы;
- временное помещение в безопасное место;
- применение дополнительных мер безопасности в отношении защищаемого лица, содержащегося под стражей или находящегося в месте отбывания наказания, в том числе перевод из одного места содержания под стражей или отбывания наказания в другое.
На основании проведенного исследования можно прийти к выводу, что негласная деятельность по уголовному делу осуществляется в рамках оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной деятельности. При этом оперативно-розыскная негласная деятельность по уголовному делу делится на абсолютно и относительно негласную. Производство негласных следственных действий и принятие негласных решений в зависимости от степени и целей негласности дифференцируется на: 1) абсолютно негласную; 2) относительно негласную и 3) конфиденциальную.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
1. Снятие информации с технических каналов связи - оперативно-розыскное мероприятие, которое заключается в негласном сборе информации техническими средствами с каналов связи.
2. К оперативно-розыскному мероприятию «снятие информации с технических каналов связи» относится, в том числе, перехват закрытой и зашифрованной информации.
3. Оперативно-розыскное мероприятие «снятие информации с технических каналов связи» имеет два самостоятельных порядка проведения: обычный и особый. При обычном порядке мероприятие может проводиться только после судебного решения. В особом порядке снятие информации с технических каналов связи начинается до соответствующего судебного решения с его обязательным последующим получением.
4. Общая характеристика особенностей правового регулирования снятия информации с технических каналов связи как оперативно-розыскного мероприятия, включающая основания, условия и порядок его проведения.
5. Результаты снятия информации с технических каналов связи могут использоваться в доказывании по уголовным делам, только если они получены в строгом соответствии с требованиями законодательства.
6. Предложения о внесении изменений в Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности», в том числе:
- о дополнении статьи 8 этого закона новой частью следующего содержания: «В случае возникновения угрозы жизни, здоровью собственности отдельных лиц по их заявлению или с письменного согласия разрешается снятие информации с принадлежащих им средств связи на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, с обязательным уведомлением соответствующего судьи в течение 48 часов».
- об изменении статьи 8 этого закона в части включения указания на возможность проведения снятия информации с технических каналов связи в случаях, которые не терпят отлагательства и могут привести к совершению не только тяжких, но и особо тяжких преступлений;
7. В Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности», Федеральном законе «О прокуратуре Российской Федерации» и УПК РФ прокурорский надзор за снятием информации с технических каналов связи и другими оперативно-розыскными мероприятиями, ограничивающими конституционные права человека, должен быть четко и подробно регламентирован, для чего в названные законы требуется внести необходимые дополнения.
Библиография:
- Федеральный закон от 12.08.1995 N 144-ФЗ (ред. от 06.07.2016) "Об оперативно-розыскной деятельности"
- Федеральный закон от 02.12.1990 N 395-1 (ред. от 26.07.2017) "О банках и банковской деятельности"
- Федеральный закон от 27.07.2006 N 149-ФЗ (ред. от 25.11.2017) "Об информации, информационных технологиях и о защите информации
- Федеральный закон от 31.05.2002 N 63-ФЗ (ред. от 29.07.2017) "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации"
- Федеральный закон от 20.08.2004 N 119-ФЗ (ред. от 07.02.2017) "О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства"
- Приказ МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 г. «Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» // Российская газета. 2013. 13 дек.
- Приказ МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27.09.2013 «Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» // Российская газета. 2013. № 282.
- Приказ МВД России от 01.04.2014 № 199 (ред. от 17.03.2015) «Об утверждении Инструкции о порядке проведения сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации гласного оперативно-розыскного мероприятия обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств и Перечня должностных лиц органов внутренних дел Российской Федерации, уполномоченных издавать распоряжения о проведении гласного оперативно-розыскного мероприятия обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» // Российская газета. 2014. № 118. 28 мая.
- Совместный приказ МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 г. «Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» // Российская газета. 2013. 13 дек.
- Указ Президента РФ «О Перечне сведений, отнесенных к государственной тайне» от 11 февраля 2006 г. № 90 (ред. от 08.05.2015) // СПС КонсультантПлюс.Версия Проф. (дата обращения 14.06.2016).
- Указ Президента РФ «Об утверждении Перечня сведений конфиденциального характера» от 6 марта 1997 г. № 188 (в ред. от 23.09.2005) // Российская газета. 1997. 14 марта.
- Азаров В.А. Что мешает эффективному использованию результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовно-процессуальном доказывании? // Доказывание и принятие решений в современном уголовном судопроизводстве: материалы Международной научно-практической конференции, посвященной памяти доктора юридических наук, профессора Полины Абрамовны Лупинской: сборник научных трудов. М.: Элит, 2011. С. 199.
- Ежова Е.В. Проблемы раскрытия преступлений в современной России. Уфа: БашГУ, 2008
- Ефремова Т.Ф. Новый толково-словообразовательный словарь русского языка. М.: Дрофа, Русский язык, 2000
- Исмаилов Ч.М. Розыск безвестно исчезнувших лиц: правовые и надзорные вопросы. Махачкала: Радуга-1, 2013
- Кореневский Ю.В. Использование информации, полученной в результате оперативно-розыскной деятельности // Доказывание в уголовном процессе: традиции и современность / под ред. В.А. Власихина. М.: Юристъ, 2000
- Луговик В.Ф. Оперативно-розыскное законодательство и перспективы его совершенствования // Оперативно-розыскное право: сб. науч. ст. / отв. ред. Н.В. Павличенко. Волгоград: ВА МВД России, 2013
- Луговик В.Ф. Оперативно-розыскной кодекс Российской Федерации (авторский проект федерального закона) // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2015. № 1 (31)
- Новый юридический словарь / под ред. А.Н. Азрилияна. М.: Институт новой экономики, 2006
- Ожегов С.Ю., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 ООО слов и фразеологических выражений / Российская академия наук. Институт русского языка имени В.В. Виноградова. М.: А-Темп, 2004. С. 403.
- Определение Конституционного Суда РФ от 18 октября 2012 г. № 1902-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Алексеевой Гелены Вячеславовны на нарушение ее конституционных прав пунктами 11 и 15 статьи 5, статьями 91 и 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС КонсультантПлюс.Версия Проф. (дата обращения 14.06.2016).
- Определение Конституционного Суда РФ от 4 февраля 1999 г. № 18-О // Вестник Конституционного Суда РФ. 1999. № 3. С. 23.
- Павличенко Н.В., Давыдов С.И., Титов В.М. Обеспечение безопасности лиц, содействующих правосудию: монография. Барнаул: Барнаул, юрид. институт МВД России, 2008. С. 63.
- Павличенко Н.В., Самоделкин А.С. Негласность в оперативно-разыскной деятельности // Вестник Волгоградской академии МВД России. 2012. № 3 (22)
- Теория оперативно-розыскной деятельности / Под ред. К.К. Горяинова, В.С. Овчинского, Г.К. Синилова. М., 2006
- Ургалкин А.С. Причины необходимости применения гласной модели предварительного следствия в России // Российский следователь. 2009. № 23
-
Теория оперативно-розыскной деятельности / Под ред. К.К. Горяинова, В.С. Овчинского, Г.К. Синилова. М., 2006.с.43 ↑
-
Приказ МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27 сентября 2013 г. «Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» // Российская газета. 2013. 13 дек. ↑
-
Исмаилов Ч.М. Розыск безвестно исчезнувших лиц: правовые и надзорные вопросы. Махачкала: Радуга-1, 2013. С. 77. ↑
-
Определение Конституционного Суда РФ от 18 октября 2012 г. № 1902-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Алексеевой Гелены Вячеславовны на нарушение ее конституционных прав пунктами 11 и 15 статьи 5, статьями 91 и 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС КонсультантПлюс.Версия Проф. (дата обращения 14.06.2016). ↑
-
Ожегов С.Ю., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 ООО слов и фразеологических выражений / Российская академия наук. Институт русского языка имени В.В. Виноградова. М.: А-Темп, 2004. С. 403. ↑
-
Ефремова Т.Ф. Новый толково-словообразовательный словарь русского языка. М.: Дрофа, Русский язык, 2000. С. 834. ↑
-
Павличенко Н.В., Самоделкин А.С. Негласность в оперативно-разыскной деятельности // Вестник Волгоградской академии МВД России. 2012. № 3 (22). С. 89. ↑
-
Ургалкин А.С. Причины необходимости применения гласной модели предварительного следствия в России // Российский следователь. 2009. № 23. С. 38. ↑
-
Ургалкин А.С. Указ. соч. С. 39. ↑
-
Луговик В.Ф. Оперативно-розыскное законодательство и перспективы его совершенствования // Оперативнорозыскное право: сб. науч. ст. / отв. ред. Н.В. Павличенко. Волгоград: ВА МВД России, 2013. С. 86. ↑
-
Луговик В.Ф. Оперативно-розыскной кодекс Российской Федерации (авторский проект федерального закона) // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2015. № 1 (31). С. 109. ↑
-
Приказ МВД России № 776, Минобороны России № 703, ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42, ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27.09.2013 «Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» // Российская газета. 2013. № 282. ↑
-
Новый юридический словарь / под ред. А.Н. Азрилияна. М.: Институт новой экономики, 2006. С. 294. ↑
-
Павличенко Н.В., Давыдов С.И., Титов В.М. Обеспечение безопасности лиц, содействующих правосудию: монография. Барнаул: Барнаул, юрид. институт МВД России, 2008. С. 63. ↑
-
Федеральный закон от 20.08.2004 г. № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства» // СПС КонсультантПлюс.Версия Проф. (дата обращения 14.06.2016). ↑
- Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств.
- Контроль почтовых отправлений, телеграмм и иных сообщений. Отличие от прослушивания телефонных разговоров
- Правовые основы оперативно-розыскной деятельности. Понятие оперативно-розыскной деятельности
- Оперативно-розыскные мероприятия
- Основания для проведения оперативно-розыскных мероприятий
- бзор характеристик гипертекста и тегов HTML 5
- Теоретические аспекты баланса и бухгалтерской финансовой отчётности фирмы
- Консолидированная отчетность и порядок ее формирования
- Основы бухгалтерского учета. Учет труда и заработной платы
- Мерчандайзинг как система активного продвижения товаров к покупателю в организации коммерческой деятельности
- Аппарат государственной власти
- Размер пособия по безработице